В минувшую субботу в атриуме центра развлечений городского курорта «Притяжение» состоялась очередная встреча научно-просветительского цикла «Магнитные истории» (0+). Неисчерпаемой и очень увлекательной темой «Урал в современной русской литературе» слушателей заинтересовала кандидат филологических наук, доцент кафедры языкознания и литературоведения МГТУ имени Г. И. Носова Вероника Цуркан. Блестящий лектор, Вероника Валентиновна сделала акцент на нескольких ключевых произведениях, проведя литературный вектор от 1930-х до наших дней.
Опорный край державы
Какие ассоциации возникают у россиянина при слове Урал? У жителей Центральной России – с дальней-предальней глубинкой: «Ты что, с Урала?» Аналог – разве что: «Ты с луны свалился?» А что ещё? Сказы Бажова. Пугачёвщина. Река, где утонул Чапаев... И уже само народное сознание подсказывает: Урал – не только понятие географическое, объединяющее несколько регионов страны, но и миф. Особое пространство, где многое – непривычно, странно и порой страшно, непостижимо. В начале лекции Вероника Цуркан напомнила о мистических местах, о которых ходят легенды: перевал Дятлова, Аркаим, Пермская аномальная зона (М-ский треугольник)… Это не могло не отразиться в литературе.
Понятие «современная литература» достаточно условно. Вероника Валентиновна обозначила границы рассматриваемого периода со времён хрущёвской оттепели, когда господствовали традиции соцреализма, и до наших дней.
Эпиграфом к лекции Вероники Цуркан послужили строки из главы «Две кузницы» поэмы Александра Твардовского «За далью – даль» (1960, 12+), за которую в 1961 году он получил Ленинскую премию:
Урал – опорный край державы,
Её добытчик и кузнец,
Ровесник древней нашей славы
И славы нынешней творец.
Именно в этой поэме звучат такие слова, как Урал-батюшка, Волга-матушка, звёздная Сибирь. Однако, говоря о Магнитке и её отражении в литературе, нельзя не вспомнить и знаменитый роман Валентина Катаева «Время, вперёд!» (1932, 16+). Название роману о первостроителях Магнитки дала строка Владимира Маяковского.
Эпоха свершений
Вероника Цуркан цитирует отрывок, в котором описывается, как видит Магнитогорск Феня, приехавшая на стройку к своему будущему мужу, бригадиру Ищенко:
«А города нет. Присмотрелась сквозь пыль – и степи тоже нет. Неизвестно что. Ни степь, ни город. И новостройки не видно. Одна пыль, а в пыли – косые телефонные столбы… Изредка – бараки, палатки, конторы участков, грузовики, ящики, коровы, подводы. И все это – в разные стороны, разбросано, раскидано, точно все бредёт наобум по выгоревшему, вытоптанному шляху, ширины непомерной и неоглядной. Иногда прояснится. Тогда на миг – то кран, то как будто мост, то ещё что-то длинное и далёкое, как будто камышовое. И скроется тотчас, поглощённое скучной тучей бурана…»
Кроме предельно реалистичных картин, есть в романе и мистическая составляющая – перед глазами читателя предстаёт своего рода Армагеддон, в котором гибнет старый мир и рождается в муках новый. В этом виден и почерк Ивана Бунина – учителя Валентина Катаева в литературе.
В 1965 году вышел одноимённый фильм (16+), Катаев вместе с режиссёром Михаилом Швейцером выступил автором сценария. В основу музыки к фильму легла сюита Григория Свиридова «Время, вперёд!» – и с ней тоже ассоциируется культурный облик Магнитогорска. Эпоха трудового энтузиазма, героических свершений, производственных рекордов…
«Урал – это Гэндальф»
И совсем иной подход к изображению Урала – у современного писателя Алексея Иванова, прославившегося в том числе книгами об Урале. Традиционному образу богатыря – седого Урала, воплощённому в одном из памятников Екатеринбурга, – он противопоставляет своё видение, озвученное в интервью интернет-порталу «66.ru» (18+) «Урал – это Гэндальф, фэнтезийный край, где мистика, загадки, тайны». Здесь знатокам «Властелина Колец» (12+) наверняка захочется оставить вопрос на полях: а не больше ли между седым Уралом и магом Средиземья общего, чем различий?
Фэнтезийным краем, к слову, Урал стал ещё у Бажова. Удивительны ли параллели с его сказами в антиутопии Ольги Славниковой «2017» (2005, 16+), в 2006 ставшей обладателем «Русского Букера»? Столица Рифейского края, в которой отчётливо виден Екатеринбург. Крылов, который ищет камни в горах, и Каменная Девка напоминают Данилу-мастера и Хозяйку Медной горы. Есть в романе, кроме черт магического реализма, и черты фантасмагорической антиутопии. 2017-й – будущее на момент написания романа – год столетия Великой Октябрьской социалистической революции. Историческая реконструкция боя между красными и белами на главной городской площади перерастает в настоящую битву, а после выплёскивается на всю страну.
Условная река абсолютной любви
Особое отношение к Уралу – в культовом романе Виктора Пелевина «Чапаев и Пустота» (1996, 18+). Вот где постмодернизм во всём его великолепии, с игрой смыслов, отражающей зыбкую реальность девяностых! Собственно, река как граница между мирами, как путь в другой мир – образ, уходящий в глубину веков и тысячелетий, в мифы и народные волшебные сказки. Но Пелевин умеет в, казалось бы, знакомом и даже заезженном образе найти нечто своё, неповторимое.
«То, что я увидел, было подобием светящегося всеми цветами радуги потока, неизмеримо широкой реки, начинавшейся где-то в бесконечности и уходящей в такую же бесконечность.
– Что это? – спросил я.
– Я называю его условной рекой абсолютной любви. Если сокращенно – Урал.
Глядя на меня с предательской улыбкой, он начал пятиться спиной к краю площадки. Земля под его каблуками осыпалась, он потерял равновесие и, раскинув руки, упал спиной в радужное сияние – оно раздалось на миг в стороны, потом сомкнулось над ним, и я остался один.
Мне вдруг пришло в голову, что с начала времён я просто лежу на берегу Урала и вижу сменяющие друг друга сны. Но если это действительно так, подумал я, то на что я тратил свою жизнь? Неужели я так и засну опять на этом берегу? Не оставив себе ни секунды на раздумья, я вскочил на ноги, разбежался и бросился в Урал».
Миф как реальность
Если говорить о современных бестселлерах, действие которых происходит на Урале, нельзя не сказать о «Петровых в гриппе и вокруг него» (2016, 18+) Алексея Сальникова, где в троллейбусах ездят только сумасшедшие, по городу вперемешку с простыми смертными ходят боги и духи, а реальность непросто отличить от галлюцинации. И в какой-то момент становится понятно, что инициалы странного персонажа Артюхина Игоря Дмитриевича – АИД – не случайны. Он становится проводником между миром живых и мёртвых.
Фабула романа – события, происходящие в реальном мире. Семья Петровых заболевает гриппом. Казалось бы, с кем не бывает. А вот глубинные сюжетные пласты – это уже погружение в мифологию, и герои мифологические не менее, а подчас более реальны, чем «обычные» люди. Да и само понятие «обычности» размывается, смещается… И обычные перемещения по городу становятся возвращением к себе настоящему. Хотя и остаётся открытым вопрос: что в романе реальность, что – миф, а что – игра воображения.
Екатеринбург Сальникова сравнивают с Дублином Джеймса Джойса. Дорога по городу – это символическое путешествие, которое меняет героя, расширяет границы его реальности.
Люди, машины, деревья
Особо Вероника Цуркан остановилась на «Вегетации» Алексея Иванова (2024, 18+). Ещё бы – действие происходит в Магнитогорске будущего. Точнее, в Соцгороде, который простирается от Северного перехода до улицы Гагарина. Фигурируют в романе Белорецк, Татлы, озеро Банное, наконец, Межгорье, где происходит разная чертовщина. Одна из сюжетных линий – путешествие к горе Ямантау, где растут деревья-вожаки, а в недрах находится бункер с учёными.
Это мир после катастрофы. Люди деградируют, ожившие машины напоминают монстров… Метафорическое, весьма суровое изображение извечного противостояния человека и природы и пессимистичный для хомо сапиенс вывод: что бы мы с природой ни творили, она победит и восстановится. А останемся ли на планете мы с вами?
Продюсер писателя Юлия Зайцева, анонсируя книгу, охарактеризовала её как «микс жанров – квест, триллер, антиутопия, постап и био-дизель-киберпанк» с отсылками к братьям Стругацким и Станиславу Лему».
Роман, вышедший в конце 2024 года, в 2025 году получил премию «Большая Филигрань». В 2025 году начались съёмки сериала «Вегетация» (18+), основанного на романе Иванова.
– Когда вышел этот роман, я принесла экземпляр в музей ММК с пожеланием использовать этот материал при проведении экскурсий, – говорит Вероника Валентиновна. – Да, образ Магнитогорска в нём не назовёшь привлекательным – но я не вижу в этой книге ничего обидного. Роман Алексея Иванова способен заинтересовать читателей нашим городом, пробудить желание узнать его ближе.
Следующая встреча научно-просветительского цикла «Магнитные истории» (0+) состоится в субботу 28 марта в 12.00. Кандидат филологических наук, доцент кафедры языкознания и литературоведения МГТУ имени Г. И. Носова Мария Львовна Скворцова прочтёт лекцию на тему «Уральский текст: литература и география».
